Билеты в Большой театр
8-495-411-30-73
Афиша театра Схема зала Схема проезда О компании Контакты

Опера "Князь Игорь" (1958 г). Часть 2.

Ранее: 1

Князь ИгорьСлушая «Князя Игоря» в Большом театре, нельзя не отметить стройность хорового ансамбля, чистоту и гибкость интонации и, главное, высокую художественную осмысленность исполнения. Великолепный хор и оркестр театра (спектаклем дирижирует М. Жуков) правдиво, с большой убедительностью и силой воплощения
передают истинный дух и характер эпической оперы Бородина.
К этой цели направлены и творческие усилия исполнителей отдельных партий, среди которых необходимо выделить А. Батурина (Князь Игорь), Е. Смоленскую (Ярославна), Н Щеголькова (Князь Галицкий), Л. Ктиторова (Кончак), В. Борисенко (Кончаковна). Для каждого из этих артистов, воспитанных на русском классическом репертуаре, опера Бородина является близкой, понятной, родной, и это определяет общий тонус спектакля, его эмоциональную приподнятость, чувствующиеся каждым слушателем. Опера настолько богата и содержательна, что перед каждым солистом открываются неисчерпаемые возможности совершенствования созданных образов, огромный простор для творческих исканий.
Следует вспомнить об исключительном разнообразии жизненных типов гениальной оперы А. Бородина. Если Игорь и Ярославна воспринимаются как обобщенное выражение лучших качеств русского народного характера — любви к отчизне, душевной шири, мужества и стойкости, то в образах Владимира Галицкого, Скулы и Ерошки раскрывается совсем иной мир чувствований, требующий от исполнителей мастерства жанрового воплощения. И здесь была создана прочная реалистическая традиция, являющаяся примером для настоящего времени. В современной постановке «Князя Игоря» партии Скулы и Ерошки исполняются артистами С. Колтыпиным и Ф. Годовкиным.
Спектакль оперы «Князь Игорь» поставлен Л. Баратовым — режиссером большой культуры и многогранного опыта. Ему свойственно глубокое понимание стиля русской оперной классики, и в своей творческой работе он неизменно стремится к раскрытию ее образов в простых, ясных и выразительных сценических формах. Это отличает и его постановку бородинской оперы, в которой есть эпическая ширь и монументальность.
Они сказываются, прежде всего, в сценической трактовке массовых хоровых сцен, занимающих, как уже говорилось, столь важное место в произведении Бородина. В соответствии с духом и Князь Игорьхарактером музыки режиссер решает их в крупном масштабе, исходит из сопоставлений больших групп, но при этом не забывает и о необходимости оживить их отдельными выразительными деталями. Так возникает динамика сценического воплощения хоровых сцен, характерная именно для эпической оперы «Князь
Игорь». Она требовала воплощения al freeсо, и именно такой мы видим ее на сцене Большого театра, где самые масштабы площадки дают для того все возможности. Заслугой постановщика является то, что он сумел использовать эти возможности, не впадая в преувеличения и излишества, и помочь восприятию историко-героической эпопеи Бородина.
Чудесные декорации к спектаклю написал Ф. Федоровский. В его лице мы потеряли театрального художника большого дарования, размаха и творческого темперамента. Он отлично знал и горячо любил родную природу и архитектуру, русское народное искусство во всех его проявлениях и все это богатство впечатлений претворял в своих декорациях, запоминающихся всем, кто видел их на сцене Большого театра и его филиала.
Декоративное оформление «Князя Игоря» принадлежит к числу лучших работ покойного мастера. Оно привлекает богатством фантазии, верностью ощущения стиля и, главное, соответствием всему строю эпической оперы Бородина. Поэтому декорации Ф. Федоровского очень способствуют яркости того впечатления, которое остается от спектакля Большого театра.
Мы воспринимаем как нечто неразрывное с музыкой и монументальную архитектуру древнего Путивля, и раздольную ширь половецкой степи, игру красок закатного неба, свободную воздушную перспективу — все, что так трудно передать средствами театральной живописи. Но Федоровский сумел достичь высокой реалистичности в передаче картин природы, наметив также всю гамму световых эффектов. Прекрасный пример — сцена солнечного затмения, решенная художником с большой изобретательностью.
Наконец, скажем о половецких танцах, поставленных К. Голейзовским и оставляющих поистине незабываемое впечатление благодаря блеску творческой фантазии балетмейстера и мастерству исполнителей. Это — пример творческого сотрудничества всех участников хореографической сцены, достигающей кульминации в финальной вихревой пляске, полной огня, страсти и увлечения. Половецкие танцы всегда были пробным камнем для определения возможностей балетного коллектива, и здесь снова Большой театр показывает неисчерпаемые возможности и разнообразие дарований своей труппы.

Хочется подчеркнуть, что половецкая сцена замечательна не только с чисто хореографической точки зрения, но и по яркости типов, рельефности воплощения очень различных характеров. Стремление к индивидуализации танца свойственно балетному коллективу Большого театра: оно проявляется в таких спектаклях, как «Ромео и Джульетта» Прокофьева, оно привлекает в равной степени и в широко развернутых танцевальных сценах «Ивана Сусанина», «Руслана и Людмилы» и «Князя Игоря».
Богатство содержания гениальной партитуры оперы Бородина обязывает коллектив Большого театра к неустанной работе над шедевром великого русского композитора, так же как и над другими монументальными произведениями отечественной оперной классики.
Поэтому и суждение о данном спектакле складывается из двух элементов. Во-первых, неоспоримо огромное познавательное значение спектакля, знакомящего широчайшую аудиторию с одним из великих созданий мирового искусства. Во-вторых, спектакль является этапом на пути к решению одной из основных творческих задач, стоящих перед коллективом Большого театра. Все это и определяет значение новой постановки бессмертной оперы Бородина.

Князь Игорь Князь Игорь Князь Игорь